Человеческая природа подобна воде. Как вода, единожды низринувшаяся на низ, уже не может вступить в прежнее свое место: так и телесные страсти, если возьмут свободное стремление, то не могут опять возвратиться к своему началу. Чтоб удержать низвержение вод, для сего нужно противопоставить тому оплот, а чтоб воздержать стремление телесных страстей, для сего потребны правила благоприличия. Если ты снесешь на минуту вспыхнувший гнев, то можешь избежать многих дней печали. Снести ли что нужно? Снеси то на этот раз великодушно. Потребно ли от чего воздержаться? Прими на этот раз воздержание, ибо от нетерпения и невоздержания и малые дела бывают великими и вообще от нетерпений происходят всякого рода огорчения. Прежде нежели откроются какие-нибудь случаи, от коих происходят важные последствия, их как в зеркале чрезвычайно ясно можно видеть. Сущность фоевского нравственного учения состоит в удалении от состязаний, а писания ученых¹ главным предметом поставляют неискательность. Какой прекрасный путь к наслаждению! Несмотря на то в мире редкие по нему идут. Терпение есть как некое сокровище нашего сердца, а нетерпение наносит пагубу нашей жизни. Язык мягок от того, что он всегда находится в устах, а зубы сокрушаются от своей твердости. Размысли поприлежнее, что такое есть терпение, так и увидишь, что оно есть прекрасное средство к наслаждению. Если и на краткое время не достает у тебе терпения, то придется тебе целые дни и месяцы переносить огорчения. Несмысленные негодяи воспламеняются гневом и яростью, по большей части, от того, что не разумеют правил благоразумия. Не умножай в сердце своем огня, разные неприятности пропускай мимо ушей. Всякий имеет свои совершенства и недостатки, жар и холод везде одинаковы. Кн. Цзин-син-лу.

Цзы-чжан² при отправлении в путь и прощании с Конфуцием пожелал слышать от него какое-нибудь наставление к усовершенствованию себя в добродетели, философ ему сказал: что касается до основания всех наших действий, то между ними терпение занимает первое место. "А что также есть терпение?" - спросил Цзы-чжан. Если монарх будет иметь терпение, отвечал Конфуций, то империя его будет свободна от опасностей, а если удельные князья³ будут иметь терпение, то могут сделаться могущественными; если служащие чиновники будут иметь терпение, то могут достигать высшей степени чинов; если старшие и младшие братья будут иметь терпение, то могут домы свои привести в богатое и знатное состояние; а если мужья и жены будут иметь терпение, то могут прожить вместе до конца своей жизни; если друзья будут иметь терпение, то никогда не может произойти между ними вероломства; если частные люди будут терпеливы, то никогда не могут подвергнуться бедствиям. "А в чем состоит нетерпение?" - присовокупил Цзы-чжан. Если монарх не будет терпелив, продолжал философ, то империя его может приведена быть в опустошение; если удельные князья не будут терпеливы, то могут погубить свою жизнь; а если служащие чиновники не будут терпеливы, то могут подвергнуть себя смертной казни; если старшие и младшие братья не будут терпеливы, то произойдет между ними взаимное разделение; а если мужья и жены не будут иметь терпение, то они сделаются виновниками сиротства для своих детей; если между друзьями не будет взаимного терпения, то их дружеские связи прервутся; а если частные люди не будут иметь терпения, то никогда от бед избавиться не могут. Цзы-чжан воскликнул: "Прекрасно! Прекрасно! Как трудно терпение! Как трудно терпение! Разве один тот не должен стараться быть терпеливым, кто не заслуживает имени человека, когда всякий, кто не имеет терпения, не может заслуживать и самого имени человека!"

Уступчивый со всеми может ужиться, а склонный к преобладанию непременно найдет себе врагов. Кн. Цзин-син-лу.

Низшее мужество не иное что есть, как одно раздражение телесного темперамента, а высшее мужество есть пламенное рвение, возбуждающееся на защиту правды и приличия. Телесная раздражительность и не должна в нас находить для себя места, а мужество, ревнующее за правду и приличие, никогда не должны от нас разлучаться: из сего видеть можно с одной стороны правильность человеческой природы, а с другой - в порочности знать то различие, какое находится между внушениями здравого разума, Небом нам данного, и помыслами плотских вожделений. Если злой человек бесчестит доброго, то сей последний не должен отвечать ему взаимным бесчестием, а если добрый человек взаимно станет бесчестить злого, это будет значить, что ни у того, ни у другого из них не достает благоразумия. Кто не платит бранью за брань, тот внутренне освежается отрадною прохладой, а кто бесчестит другого срамными словами, у того уста как котел кипят и он совершенно походит на того человека, который плюет вверх над собою и вместо того, чтоб слюной своей угодить на другого, оно падает на него самого. Когда меня поносят другие, в то время должен я притворяться глухим, который не может различить ни одного слова, напр. когда огонь горит на пустом месте, тогда, хотя б его и не тушили, он сам собою погаснет, к сему подобию можно приложить и огонь ярости. Как скоро огонь находит себе пищу в веществе, тотчас оное поедает. Если сердце у меня подобно пустоте, ничем не загроможденной, то как бы ты ни переворачивал своими губами, весь твой труд останется тщетным. Чжан-цзин-фу.⁴

Высшей степени любомудрый убегает споров, а низшей степени любомудрый любит состязаться: во всяком деле нужно оставлять место снисхождению в угодность людям, в таком случае можно только иметь с ними приятное свидание. Лао-цзы.

Некто спросил Хэй-яня⁵, что такое есть судьба? То же, что внутренняя духовная наша природа, отвечал наставник. Кто в природных способностях не имеет достаточной понятливости, ни сближается с людьми из снискания в них благосклонности, тот почитается таким человеком, которому судьба или природа не уделила особенного веса.

Примечания составителя

¹ Примечание о. Даниила: "Разумеется так называемое вероучение Жу-цзяо [儒教 - конфуцианство], которому в Китае следуют ученые и вообще высший класс людей".

² Подразумевается Чжуаньсунь Ши (顓孫師 503-447 до н.э.) - один из учеников Конфуция. Цзы Чжан (子張) - его второе имя. Происходил из царства Чэнь.

³ Примечание о. Даниила: "В древние времена Китай также был разделен на многие уделы".

⁴ Подразумевается Чжан Ши (張栻 1133-1189) - мыслитель и учёный-неоконфуцианец эпохи Сун. Преподавал в академии Юэлу (嶽麓書院), вёл переписку с Чжу Си и пропагандировал идеи неоконфуцианца Чжоу Дуньи (周敦頤 1017-1073). Цзин Фу (敬甫) - второе имя учёного.

⁵ Примечание о. Даниила: "Хэй-янь [晦庵] есть почетное проименование Чжу-цзыя [т. е. Чжу Си], одного из знаменитых толковников канонических книг в Китае".