Утром вхожу я в лагерь к Восточным Воротам;

вечером буду стоять на Хэянском мосту. 

Солнце заходит: светит на знамя большое. 

Кони заржали; ветер свистит и свистит. 

Ровный песок; тысячи стройных палаток;

полк и отряд, каждый был призван сюда. 

Прямо средь неба светлая свисла луна...

Строгий порядок: ночью безмолвно и тихо. 

Дудка заныла; и звук в ней за звуком волнует;

сильный вояка скорбит, не заносчив, не горд.

Дай-ка спрошу: кто же у вас генерал здесь? 

Думать готов: да ведь это стремительный Хо.

Примечания и пояснения В. М. Алексеева

Введение

Тема границы Китая и пограничных действий против нападающих на Китай кочевников - тема, встречающаяся в танской поэзии очень часто, и к ней придется вернуться на этих страницах еще не раз. Проф. Шаванн в своем превосходном предисловии к описанию китайских документов, открытых Орелом Стайном [Marc Aurel Stein] в песках Западного Китая, весьма под­робно останавливается на этих поэтических описаниях, сопоставляя их с тою суровою действительностью, которая свидетельствуется разобранными им документами. Однако тема эта больше традиционна, чем актуальна, и мало кто из писавших на нее сам побывал на границе. Чаще всего это перепевы тем Музыкальной палаты (юэфу) которые могут показаться однообразными, как были однообразны и обстоятельства, породившие их.

Автор

Ду Фу (Цзы-мэй, Гун-бу, Шао-лин) если не самый крупный (как думают очень многие и едва ли не большинство китайских критиков), то один из двух крупнейших китайских поэтов всех времен. Он жил (712-770) и действовал при расцвете танской литературы, особенно поэзии, и был современником лучших ее представителей. Ему пришлось, однако, испытать горькую роль беженца во время сильнейших потрясений в междоусобной войне. Это отразилось на всей его поэзии, и это мы видим отчасти и в данном стихотво­рении.

Заглавие

Из обоих циклов, содержащих в общем 14 стихотворений, антология берет только одно это, являющееся почему-то (составитель не объясняет этого) показательным. Однако китайским антологиям быть в этом отношении последовательными очень трудно.

Примечания

К Восточным Воротам - города Лояна, часто бывавшего столицею Китая.

Хэянский мост - наплавной мост через Хуанхэ.

Свистит и свистит - тавтофон сяо-сяо передает, как это часто бывает в китайской поэзии, и звукоподражание, и смысловую часть (шелест трав). При передаче не всегда приходится держаться последней, предпочитая первую.

...тысячи стройных палаток... - для русской тысячи в китайской поэзии имеется "десять тысяч" (вань), но на русскую гиперболу "миллионы" китайцы обычно точно так же отвечают только своим вань - "десять тысяч".

Полк и отряд - конечно, лишь приблизительная передача китайских бу (1/5 армии) и у (пятеро) [Самая мелкая воинская единица состояла из пяти человек].

Дудка варваров (цe), которой скликают лошадей из табуна - простая камышовая дудка без ладов и отверстий. Ее звук китайцы всегда считали заунывным будто бы потому, что и сами кони, ею окликаемые, ржут печальным звуком. Эта дудка возбуждала в пограничных китайских войсках тоску по родине.

Сильный вояка - китаец, полный сознания долга перед родиной и сил для ратного подвига.

...это стремительный Хо - Дисциплина, великое ратное дело могут быть в руках только великого полководца. Не иначе как ваш генерал напоминает древнего полководца Хо Цюй-бина (II в. до н.э.), прозванного за свою стремительность пяо-яо, что трудно передать на русский язык, не обладающий тавтофонией и иероглифическими маневрами.

Парафраз

Из второй столицы, Лояна, двигаюсь на север вместе с войсками. Сурова природа, сурова дисциплина в войсках, А сердце ноет в такт кочевой дудке.

Надо быть великим, а не забиякой, и надо быть таким же стремительным и ловким в движениях, как те генералы древности, что наводили, в Средней [Центральной] Азии панику и держали нападавших на Китай кочевников в почтительном отдалении от многострадальных китайских границ.